troitsa1

Categories:

С праздником, дорогие дамы!

Утомленное солнце нежно с морем прощалось,
В этот час ты призналась, что нет любви.

Когда от тебя уходит к другому невеста, ты впадаешь в отчаяние, начинаешь пить, куролесить…

Но один мужчина, вместо этого обычного набора мужских страданий, написал Танго.

Под которое миллионы людей потом влюблялись друг в друга. И были счастливы. А танго называлось «Утомлённое солнце». Точнее, сначала оно называлась иначе - «Tо ostatnia niedziela». В России было аж три варианта слов танго. Но об этом позже.

Песню «Последнее воскресенье» называли в Польше «танго самоубийц». По странному совпадению, в том же 1936 году в Венгрии разразилась эпидемия самоубийств, связанных, по легенде, с песней, имевшей очень похожее название – «Мрачное воскресенье».

Первой – и самой популярной – советской интерпретацией песни «To Ostatnia Niedziela» стала композиция, записанная в 1937 году джазовым оркестром под управлением Александра Цфасмана. Исполнил песню солист ансамбля, молодой певец Павел Михайлов, а слова написал поэт Иосиф Альвек, который в 30-е годы зарабатывал на жизнь сочинением текстов эстрадных песен. Альвек, друживший с Велимиром Хлебниковым и даже называвший себя его душеприказчиком (из-за чего в литературных кругах нередко вспыхивали скандалы) сократил оригинальный текст Зенона Фридвальда вдвое – в русскоязычной версии слова появлялись только в припеве. Да и любовная история стала совсем другой. Альвек обошелся без жалоб влюбленного юноши и суицидальных мотивов, сделав текст более сдержанным. Возможно, он заменил кромешное отчаяние на легкую элегическую грусть потому, что понимал – у песни с ярко выраженными «упадническими настроениями» в Советском Союзе нет никаких шансов. Влюбленные у Альвека расстаются на фоне романтических декораций южного моря, рассказывая слушателю о печальном, но закономерном и потому не слишком драматичном финале курортного романа: «Утомлённое солнце / нежно с морем прощалось. / В этот час ты призналась, / что нет любви. / Мне немного взгрустнулось – без тоски, без печали / в этот час прозвучали / слова твои».

А в Ленинграде свой текст на музыку Ежи Петерсбурского написала поэтесса Аста Галла (Анна Ермолаева), которая, как и Альвек, тоже обратилась к теме курортного романа, конкретизировав некоторые детали: в ее версии расставание влюбленных происходит на черноморском побережье, а именно в Мисхоре (видимо, из-за рифмы к слову «море»). При это непонятно, от чьего лица ведется рассказ – лирическим «я» здесь может быть как женщина, так и мужчина, что можно назвать идеальным гендерным решением. Припев у Асты Галлы звучал так: «Помнишь лето на юге, / берег Черного моря, / кипарисы и розы / в огне зари; / нашу первую встречу / там, в горячем Мисхоре, / где плеск ласковый моря, / как песнь любви». Танго на стихи Асты Галлы под названием «Песня о юге» в исполнении молодой певицы Клавдии Шульженко, которой аккомпанировал пианист Михаил Корик, вышло в 1939 году на Ленинградской фабрике граммофонных пластинок.

Я тороплюсь вас удивить – этот же самый мужчина написал «Синий платочек! И снова миллионы людей были ему благодарны! Это был 1940 год…

Звали его Ежи Петерсбурский (он же Ежи (Юрий, Георгий) Петербургский, George Petersburski и, наконец, Jerzy Petersburski). И он прожил долгую жизнь, пожив в десятке стран. И в СССР, и в Израиле, откуда быстро сбежал, в Латинской Америке… А в старости вернулся в Польшу, женился и в 73 года родил сына!

И одно слово про «платочек». Только один памятный момент записи Синего платочка в 1943 году:

"В книге «Когда вы спросите меня» Шульженко вспоминала, что граммофонная запись «Платочка» делалась зимой 1943 года в холодном здании студии. Шульженко пела не раздеваясь. Оператор Галя Журавлева положила на станок восковой диск, и запись пошла. Артистка пела, а Галя вспоминала проводы своего мужа, который оставил ее с маленьким сынишкой на руках. Оператор слушала и не замечала, что ее слезы падают на воск и растапливают его. Запись оказалась негодной, но таким «браком» Шульженко гордилась всю жизнь" (источник: газета «Правда Севера», 09/05/2007) 

В 1976 году во время своего юбилейного концерта, открывая его, семидесятилетняя певица вышла на сцену Колонного зала Дома Союзов, держа в руке синий шелковый платок. Зал встал и стоя аплодировал. Эти аплодисменты предназначались не только самой певице, но и песне, прошедшей тяжелейшую войну вместе с солдатами.

С праздником!


promo troitsa1 май 9, 2013 11:07 30
Buy for 40 tokens
Люди! С Победой! Ох, война! Что ты, подлая, сделала! Это полицаи. Это Великая Отечественная. Это мои русские братья. Есть гениальный стих. Прочтите для начала. Или хоть послушайте эту песню. Иначе я зря написал этот пост … не поймёте … ужаса. Пост будет про полицая, с…

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded